Фото голых девушек
Внимание! Все истории в даном разделе являются вымышленными, а все действия - фантазиями. Всем персонажам на момент любых действий исполнилось 18 лет. Если вы считаете что история является неприемлемой, пожалуйста сообщите нам об этом в разделе контактов

9.4 / 10

Неугомонное купе. Часть 1 (секс рассказ)

(из цикла «Максимкины рассказы»)

Часть 1. Ночь.

Родители назвали меня Максимом, друзья зовут Максом, первая постельная учительница звала Максимкой, другие девушки кто – киской, кто – зайчиком, но мне мое имя по душе, потому что я привык играть и рисковать по максимуму. Правда, не в казино, потому что игры мои не связаны ни с деньгами, ни с картами. Есть для меня на свете более привлекательные и более желанные объекты страсти. Да, правильно, я говорю о женщинах.

При чем здесь игра, спросите вы. Дело в том, что речь идет не о любви, не о сексе, не о флирте, а об Игре. Именно так, с большой буквы. В этой Игре нет правил, в ней и флирт, и секс, и любовь перемешаны до состояния салата Оливье и щедро приправлены непредсказуемостью. Она всегда идет на грани фола, на самом краю пропасти, иногда чисто психологической, а иногда и уголовно наказуемой.

Я не придумал точного определения для Игры и не хочу. Если вам все еще непонятно, попробую пояснить на примере.

Это случилось в самом конце перестройки. Возвращался я из какой-то очередной командировки, даже не помню из какого города, то ли Ровно, то ли Львова, билет был купейный, полка верхняя. Мне тогда уже было почти тридцать, но кровь бурлила, как у двадцатилетнего, хотя внешне держал фасон, смотрел на девчонок холодно и с прищуром, что их всегда заводило. Впрочем, постараюсь не отвлекаться.

Станция была конечная, делать в городе мне было нечего, и я приперся на вокзал минут за сорок. Почти сразу подали поезд, и я завалился в вагон. Не успел усесться с бутылочкой пива у окна, появилась толпа бесформенных и безразмерных теток. Моя душа ушла в пятки, но вскоре выяснилось, что волнения напрасны – все они провожали стройную девочку миленькой наружности лет пятнадцати-шестнадцати. Единственное, что портило ее внешность – это надменное выражение лица, которое, скорее всего, было защитной маской невинного и стеснительного ребенка.

У малышки была нижняя полка, по диагонали от моей, и потому меня не согнали с насиженного места у окна. Оборонные редуты девчушки, которую звали Светой, в лице трех необъятных тетушек покосились на меня, на мое пиво, покривились и стали дружно хлопотать вокруг дитяти. В ответ я вежливо поздоровался, через некоторое время, допив пиво, предложил свои услуги по размещению какого-то объемного чемодана, мило улыбнулся тетушкам и был признан своим. Правда, время от времени какая-нибудь из кудахтающих клуш бросала на меня настороженный рентгеновский взгляд, разбивающийся о волнорез моего радушия.

Мы познакомились, выяснилось, что девочка едет к родственникам на каникулы, и ее должны встретить. Только вот в поезде сопроводить ее некому, ну да как-нибудь доберется, ведь взрослая уже. Поскольку время потихоньку приближалось к отправлению, а соседей по купе у нас так и не прибавилось, я пообещал приглядеть за малышкой. Проводник попросил провожающих на выход, тетушки с шутками и прибаутками покинули вагон, и мы тронулись.

Надменное выражение так и не сползло с детского личика, я достал книжку, залез на свою полку и углубился в чтение. Потом пришел проводник и принес белье. Поскольку вечер был поздний, я постелил себе койку и завалился спать. Девчонка изредка стреляла глазками, но предпочитала хранить молчание, отделываясь короткими фразами типа «Спасибо» и «Спокойной ночи».

Я уже успел задремать, когда поезд остановился на какой-то станции и в купе подсел еще один пассажир – паренек лет восемнадцати-девятнадцати. Было самое начало двенадцатого, и Света еще не ложилась, а что-то читала. Разложив вещи и осмотревшись, паренек, представившийся Олегом, попробовал втянуть девочку в разговор, но нарвался на холодные глаза, рубленые ответы и поспешил ретироваться на свою верхнюю полку. Вскоре Света тоже легла, и я опять заснул.

Где-то около двух на очередной станции в купе ввалилась женщина лет тридцати пяти, причем ввалилась буквально, практически рухнув девчонке на прикрытые простыней ноги. Она была в последней стадии опьянения, но аккуратно одета, и от нее пахло дорогим коньяком. Я учуял аромат, помогая ей подняться с несчастного ребенка и засунуть чемоданы под полку. Осознав, что расслабилась рановато, дамочка взяла себя в руки, поблагодарила меня и занялась своей постелью самостоятельно. Я же поймал испуганный и благодарный взгляд маленькой девочки, улыбнулся ей в ответ и залез к себе на полку, после чего в очередной раз быстро заснул.

Впрочем, выспаться мне в эту ночь, видимо, было не суждено. Сколько времени прошло, сказать не могу, но я проснулся в очередной раз. Меня разбудили какие-то странные звуки. К стандартному перестуку колес и легкому посвистыванию соседки на нижней полке добавилось какое-то негромкое, но внятное и регулярное чмоканье. В купе было темно, но освещения, пробивавшегося через дверные щели из коридора, хватало, чтобы видеть контуры предметов. Я лежал спиной к стене, поэтому сразу понял, что соседняя верхняя полка пуста. Мое любопытство проснулось вслед за мной и я, стараясь не шуметь, слегка приподнялся на локте.

На полке у Светы паренька не было. Уже легче. Я слегка подался вперед. В этот момент поезд промчался мимо какого-то разъезда, и придорожный фонарь на несколько мгновений ярко осветил купе. Олег стоял в проходе, наклонившись над пьяно посвистывающей женщиной, и совершал равномерно поступательные движения тазом, которые и вызывали те самые чмокающие звуки. Судя по всему, он воспользовался невменяемым состоянием дамочки для удовлетворения физиологических потребностей без ведома партнерши.

Но самое интересное было даже не это. Светочка не спала тоже, она лежала на животе, но голова ее была повернута в сторону прохода, а глаза – открыты. Столик закрывал от малышки лицо Олега и одновременно прятал широко распахнутые девичьи глаза от случайного взгляда юноши. Зато ключевые детали процесса ей были видны даже лучше, чем мне, поскольку сверху обзор частично закрывала спина паренька. Впрочем, открытые глаза крошки, наполненные гремучей смесью любопытства, негодования и страха, я успел разглядеть прекрасно. Понятно, что отвести взгляд в мою сторону она была не в состоянии, настолько девочка была заворожена происходящим.

Едва купе погрузилось в темноту, и я откинулся на подушку, как раздалось какое-то сдавленное мычание, и Олег, судя по всему, стрельбу окончил. Полка моя слегка дрогнула, и расслабившийся парнишка завалился к себе. Не прошло и пяти минут, как к посвисту оприходованной барышни добавился легкий храп юного жеребца. А вот мне уже было не уснуть. В голову полезли разные мысли. Если бы не Светочка, то я наверно пошел бы по стопам соседа. А так… Рука сама потянулась к бедрам…

Что заставило меня поглядеть вниз, не знаю… Звуков никаких не было, да и освещения тоже, так, смутный контур разглядеть, однако и этого скудного света хватило понять, что на полке у девочки наблюдается какое-то слабое шевеление. Похоже, ей тоже было не до сна. Я затаился и стал терпеливо ждать, вслушиваясь в каждый посторонний звук. Через минуту поезд стал сбрасывать ход, и на фоне посвиста со всхрапами послышалось ее учащенное дыхание.

Фантазия рисовала мне картины одну занимательнее другой, но проскочивший за окнами переезд, освещенный фарами грузовика, представил моему взору настолько ошеломляющую сцену, что буйство моих грез было мгновенно посрамлено. Светочка лежала на спине, голова была слегка откинута назад так, что ее русые волосы рассыпались по подушке крупными очаровательными волнами, глаза были прикрыты, ротик же, наоборот, распахнут, а ноздри напоминали вставшую на хвост кобру.

Обе ее ноги были согнуты в коленях, только левая лежала на полке, повернутая в сторону прохода, а правая торчала вверх, слегка заваливаясь в сторону стенки. Наверно, в планы девчонки не входило отодвигать простынку, но непроизвольное движение ноги сдернуло хлопчатобумажный рубеж обороны, и моему взору оказалось открытым самое сокровенное из интимного.

Изящные ножки были оголены, задранная футболка открывала легкую припухлость на месте животика. Тонкая полоска белых трусиков была сильно отведена в сторону, обнажая едва прикрытый светлым пушком лобочек. Светочка двумя изящными пальчиками ласкала и теребила маленький нежный розовый бугорок в точке слияния распахнутых тонких девичьих губ. Хотя вспышка света длилась не более секунды, картинка запечатлелась в моем мозгу с фотографической ясностью.

Не прошло и нескольких мгновений, как слабый отблеск света неведомого источника вновь слегка осветил купе. На этот раз ее глаза были распахнуты (видимо, малышка все-таки что-то почувствовала), и наши взгляды встретились. Она испуганно вздрогнула и резко запахнула простыню, рывком повернувшись набок. Об этом я скорее догадался, нежели увидел, потому что свет, мелькнув, погас, однако факт был налицо – наблюдать дальше смысла не имело. Теперь у меня было три выхода: последовать по стопам Олега, Светочки или пойти своим путем.

Я, как обычно, выбрал последнее – ее величество Игра начиналась. Аккуратно и неспешно спустившись, присел на краешек ее полки около стола и провел рукой по раскиданным волосам – малышка отчетливо вздрогнула.

– Что такое? – тихо спросил я.

От звука моих слов она вздрогнула еще раз.

– Ты меня боишься? – уточнил я, положив руку девочке на голову.

Она осторожно кивнула.

– Ты боишься, что я расскажу твоим родственникам?

– Что? – почти беззвучно выдохнула крошка.

– Ну: меня же попросили присмотреть за тобой.

Она замерла, похоже, о таком развитии событий девочка даже и не задумывалась. Следующую фразу Света буквально выдавила из себя:

– Не надо, я больше не буду.

– Да не бойся, не скажу.

Малышка задумалась, переваривая мои слова. Она явно пыталась оценить, какова вероятность того, что я сдам ее родным. При всей очевидности блефа крошка откровенно нервничала. Я не собирался давать ей возможность прийти в себя и собраться с мыслями:

– Ты ведь просто перевозбудилась от увиденного… Если хочешь, я поглажу тебя по головке, ты успокоишься и уснешь.

– Не надо, – тихо, но еще уверенно возразила Светочка.

– Не хочешь снимать возбуждение? Или боишься, что не сможешь заснуть?

– Я? Не знаю, – окончательно запуталась она.– Не волнуйся. Что ты так переживаешь? Никогда не занималась этим с мальчиками?

– Нет, – малышку даже передернуло от возмущения.

– Понятно, бедное мое невинное дитя, – я снова погладил ее по головке.

– Я – не дитя, – она попыталась неуклюже освободиться от моей руки.

– Это я заметил, – усмехнулся я, чем окончательно смутил девочку:

– Да не сердись, это – шутка. Ты действительно уже не дитя, а очень красивая девушка, которая скоро станет очаровательной женщиной. Просто пока тебе еще рано даже думать об этом.

– Ничего и не рано, – взбрыкнула Светочка и опять смутилась.

– У тебя парень-то есть?

– Есть.

– Вы целовались?

– Да.

– Ты видела его голым?

– Нет.

– А через одежду гладить не доводилось?

– Нет.

– Даже и не прижимались друг к другу?

– Ну… на танцах…

– Понятно: Ну, если ты считаешь, что уже не рано, повернись ко мне.

– Зачем? – задавая вопрос, девочка, до этого лежавшая на боку лицом к стенке, автоматически выполнила команду и повернулась к проходу.

– Проверить, рано тебе еще или ты уже готова, – усмехнулся я.

– Что?

– Дай руку.

Она автоматически протянула правую руку, что я скорее почувствовал, чем увидел, и в этот же момент поезд въехал в какой-то населенный пункт, замелькали фонари, и в купе стало довольно светло. Я увидел ее глаза, но они смотрели не на меня, а мимо, и в них отражался ступор. Проследив направление взгляда, я тоже ошеломленно уставился на соседнюю койку.

Теперь мне стало понятно, что заставило Олега спуститься с верхней полки. Наша нетрезвая попутчица лежала, практически полностью укрытая простыней за исключением ее филейной части, но зато эта часть, изящно оттопыренная в сторону прохода, поражала воображение изысканностью контуров и изгибов. В этот момент до меня дошло, чем так сочно пахло все то время, что я болтал со Светочкой.

Левой рукой я подхватил правую ручку девочки и опустил ее на своего возбужденного проказника, который так и рвался из штанов, а правой нежно погладил фантастическую попочку соседки. Малышка вздрогнула, при этом было затруднительно определить, какое из моих действий вызвало такую реакцию.

– Красиво, правда? – спросил я, показывая глазами на соседнюю койку, но ответа не дождался. Девочка явно поплыла, теперь ее можно было вести без поводка. Впрочем, это было не так интересно, и я попытался привести ее в чувство:

– Погладить хочешь?

– Что? Зачем? – она предприняла неуверенную попытку убрать руку, но я притормозил ее ладонь своей, и в результате получилось так, что она, судорожно сжав пальцы, лишь плотнее обхватила мой кожаный посох через ткань штанов:

– Ох, – вырвалось у нас обоих.

– Да, похоже, ты уже готова, – я перехватил ее руку на моих штанах правой, а левой рукой нежно провел по ее спине. Тело под моей рукой мелко вибрировало. Деревушка осталась позади, и купе опять наполнила мгла, скрыв от девичьих глаз аппетитную женскую попу. Но возбуждение в Светочке итак уже било через край. Впрочем, я спешить не собирался.

– Правда, есть один нюанс…

– Какой?

– Ты ведь девушка еще… Поэтому тебе можно только смотреть и трогать.


Рубрика: Потеря девственности | секс история
Описание: (из цикла «Максимкины рассказы»)Часть 1. Ночь.Родители назвали меня Максимом, друзья зовут Максом, первая постельная учительница звала Максимкой, другие девушки кто – киской, кто – зайчик…
Читать следующий случайный секс рассказ